Ответственность государств за нарушение прав человека

Ответственность государств за нарушение норм международного права

Обеспечить соблюдение норм международного права невоз­можно без введения ответственности за их нарушение.

B международном праве в отличие от внутригосударствен­ного права нет.системы правоохранительных органов (прокура­тура, суд), обладающих полномочиями контролировать и нака­зывать за нарушение норм.

B международном праве отсутствует конвенция, регулирую­щая основные виды и формы ответственности. B связи с этим ин- стигут ответственности продолжает базироваться на международ­ном обычае. Ответственность государства наступает в результате нарушения им международного обязательства независимо от то­го. обусловлено оно международным договором или обычаем.

Противоправное поведение государства выражается в дей­ствиях его органов. Государство отвечает за действие любого органа (законодательного, исполнительного, судебного, цент­рального или местного). Государство не отвечает за противо­правное поведение физических или юридических лиц. если явно не установлено, что они действовали от имени государства или rio его поручению.

Нарушения международных обязательств различаются по степени тяжести и объектной направленности и делятся на две категории: международные преступления и международные правонарушения (деликты).

Под международным преступлением понимается тяжкое на­рушение международного обязательства, затрагивающее жиз­ненно важные, основополагающие интересы международного сообщества в целом и поэтому квалифицируемое международ­ным сообществом как преступление.

K международным преступлениям относятся агрессия, гено­цид, апартеид, рабство, экоцид (грубое и массовое загрязнение окружающей среды), международный терроризм.

Международный деликт — это обычное нарушение междуна­родного обязательства, затрагивающее интересы другою госу­дарства.

Предусматривается нематериальная и материальная ответ­ственность государства.

• K формам нематериальной ответственности относятся са­тисфакция и ресторация.

Сатисфакция — это действие государства-нарушителя, на­правленное на восстановление чести и достоинства потерпевше­го государства. Сатисфакция осуществляется в следующих фор­мах: извинение от имени главы государства и главы правитель­ства государства-нарушителя, отзыв должностного лица, оскор­бившего другое государство, привлечение его к ответственнос­ти по национальному законодательству.

Ресторация — восстановление нарушенных прав (вывод войск с территории оккупированного государства).

Кроме того, государство может применить контрмеры (от­ветные меры) в ответ на нарушение международного обязатель­ства в форме реторсии или репрессалий.

Реторсия — это ответная мера, аналогичная по объему и со­держанию той, которую применило государство-нарушитель. B качестве примера можно привести повышение таможенных по­шлин на товары в ответ на подобное действие другого государ­ства, нарушающее торговое соглашение между ними.

Репрессалии — индивидуальные принудительные меры по­терпевшего государства в ответ на нарушение международного обязательства (приостановление экономических соглашений с государством-нарушителем, разрыв дипломатических отноше­ний с отзывом дипломатического представительства). Запреща­ется применение вооруженных репрессалий — военных действий против государства-нарушителя.

• K формам материальной ответственности относятся: репа­рация (денежное возмещение ущерба), реституция (возвраще­ние вывезенных культурных и иных ценностей). B случае унич­тожения или порчи культурных ценностей применяется субсти­туция (замена предметами, аналогичными по стоимости, либо денежное возмещение).

Если государство совершило международное преступление, Советом Безопасности OOH принимается решение о введении санкций против государства-нарушителя. Резолюции о санкциях к государству-нарушителю могут быть приняты только при сов­падении голосов 5 постоянных членов и 4 непостоянных членов Совета Безопасности.

Применяются экономические санкции (приостановление торговых отношений), разрыв дипломатических, воздушных, железнодорожных сообщений, перерыв почтовой связи.

B санкциях против нарушителя участвуют все государства.

Если нарушение продолжается, Совет Безопасности прини­мает резолюцию о введении военных санкций (применение во­оруженных сил ООН, состоящих из национальных континген­тов государств — членов ООН).

После прекращения международного преступления госу­дарство-нарушитель по решению Совета Безопасности несет нематериальную и материальную ответственность. Кроме то­го, привлекаются к уголовной ответственности физические ли­ца — исполнители международного преступления.

Суд осуществляется Международным трибуналом. Впер­вые такой трибунал был создан на основе Лондонского согла­шения 1945 г., заключенного Советским Союзом, США, Англи­ей и Францией для суда над главными военными преступниками второй мировой войны — высшими должностными лицами и ге­нералитетом фашистской Германии. B 1993 г. был учрежден Международный трибунал для суда над лицами, виновными в грубых нарушениях международного гуманитарного права на территории бывшей Югославии.

B 1998 г. был принят Статут Международного уголовного суда, вступивший в силу в 2002 г. Юрисдикция суда будет распро­страняться на такие преступления, как агрессия, военные пре­ступления, геноцид, преступления против человечества.

Ответственность государств за нарушения прав и свобод человека в международном праве

Дипломная работа: Ответственность государств за нарушения прав и свобод человека в международном праве

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ФИЛИАЛ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Казанского государственного университета

Им. В.И. Ульянова – Ленина

В г. Набережные Челны

Кафедра публичного права

Специальность: 030501.65 «Юриспруденция»

Выпускная квалификационная (дипломная) работа

за нарушения основных прав и свобод человека

в современном международном праве

студент 5 курса

очной формы обучения

Абитов Руслан Абдуллович

Курдюков Геннадий Иринархович

Допустить к защите:

Глава 1. Становление и развитие ответственности государств и нормативно правовых актов в области защиты прав и свобод человека

1.1. Развитие концепций и теорий об ответственности государств за нарушения основных прав и свобод человека

1.2. Международные нормативно-правовые акты, устанавливающие гарантии соблюдения государствами прав и свобод человека и ответственности государств за нарушения данных прав

Глава 2. Механизмы реализации ответственности государств

2.1. Международные органы и механизмы, осуществляющие контроль, за соблюдением прав и свобод человека, и привлечения государств к ответственности

Глава 3. Ответственность государств

3.1. Ответственность государств за нарушения основных прав и свобод человека. Виды принуждений, международными органами, применяемые к государствам, нарушающие права и свободы человека

Список использованной литературы

Введение

Среди всех ценностей нематериального характера, осознанных человечеством как действительно универсальные (всеобщие ценности) – права и свободы человека стоят на одном из первых мест. Выстраданные, осознанные и сформулированные цивилизацией за две с половиной тысячи лет, права человека обрели современную форму, современное понимание.

И цель любого государства, является защита и предоставление своим гражданам равных прав и свобод.

А что если права и свободы человека нарушаются государством? Поэтому актуальность темы данной дипломной работы обусловлено практикой грубых и массовых нарушений прав и свобод человека отдельными государствами, и неспособностью или нежеланием бороться с нарушениями данных прав.

Это, в свою очередь, и побудило появлению международных органов и механизмов привлечения к ответственности государств, появлению таких нормативно правовых актов, как Статей об Ответственности Государств 2001 года.

Целью данной работы, является изучение правовой основы привлечения к ответственности государств и изучение международных механизмов и органов, привлекающих государства к ответственности за нарушения прав и свобод человека и видов ответственности.

В интересах достижения указанной цели, настоящим исследованием поставлены следующие конкретные задачи:

— исследовать историко-теоретические особенности развития норм об ответственности государств;

— исследовать нормативно правовые базу закрепляющие права и свободы человека и устанавливающие ответственность государств за нарушения данных прав;

— рассмотреть международно-правовую ответственность государств как сложную и неоднородную структуру и выделить соответствующие виды ответственности;

— изучить механизмы привлечения к ответственности государств;

— вывести проблемы и рекомендации, по совершенствованию института ответственности государств.

Под ответственностью государств за нарушения прав и свобод человека понимается правовые последствия, наступающие при нарушении прав и свобод человека государством (от нарушений как трудовых прав, так и тягчайшими преступлениями против человечества, например геноцид).

Под понятием основные права и свободы человека в данной работе понимаются права закрепленные «Всеобщей декларацией прав человека» (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года). В ней декларируется, какие права являются независимыми от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения любого человека, и принадлежат ему по факту рождения.

Глава 1. Становление и развитие ответственности государств и нормативно правовых актов в области защиты прав и свобод человека

1.1. Развитие концепций и теорий об ответственности государств за нарушения основных прав и свобод человека.

В доктрине международного права существует довольно влиятельное направление, признающее ответственность государств за международные преступления и нарушения основных прав и свобод человека.

Основоположником теории ответственности государств, можно считать румынского юриста-международника Веспасиана Пелла, написавшего в 1925 г. книгу «Коллективная ответственность государств и уголовное право будущего». Называя государство «действующим субъектом права», Пелла считал, что государство не может игнорировать требования закона, которые предъявляет своим гражданам, и не может совершать те же преступления, за которые обвиняет их.

Веспасиан Пелла, в своём Плане Международного уголовного кодекса, к санкциям против государств относил такие санкции:

— дипломатические санкции (предупреждение, разрыв дипломатических и консульских отношений и т. д.);

— юридические санкции (наложение секвестра на имущество граждан государства и др.);

— экономические санкции (блокада, эмбарго и т. д.);

— другие санкции (порицание, штраф, лишение права представительства в международной организации на определенное время, лишение мандата на управление подопечной территорией, полная или частичная оккупация территории государства, лишение независимости). [1]

§ 1. Международно-правовая ответственность государств за нарушение норм международного гуманитарного права

Институт ответственности является необходимым элементом функционирования любой системы права. Ответственность является «вечным спутником» права. Если есть возможность нарушения каких-либо норм права, то должна существовать возможность восстановления нарушенных прав или норм, обеспечения действенности юридических установлений.

Смотрите так же:  Бланк квитанции форма пд 4сб налог

Принцип международно-правовой ответственности за нарушение норм международного гуманитарного права является конкретным применением общего принципа международно-правовой ответственности. Важной особенностью принципа международно-правовой ответственности за нарушение норм международного гуманитарного права можно признать то, что он предусматривает два вида ответственности: ответственность государств, допустивших нарушение соответствующих норм, и уголовную ответственность физических лиц, выступающих непосредственными нарушителями гуманитарных норм международного права.

Вопрос о международно-правовой ответственности государств за нарушение норм международного гуманитарного права осложняется особенностями условий, в которых эти нормы осуществляются. Ситуация вооруженного конфликта сама по себе представляет нечто чрезвычайное. К ней трудно подходить с обычными мерками, так как действия государств, несущие смерть, увечья, разрушения, которые бы в иных условиях рассматривались как преступные, в условиях вооруженного конфликта представляются чем-то привычным и даже необходимым. В результате таких действий

причиняется значительный ущерб имуществу государства (военным и невоенным объектам), собственности частных лиц и общественных организаций, здоровью и благополучию отдельных граждан и физических лиц (апатридам, бипатридам, несовершеннолетним). Нe исключено причинение ущерба всему человечеству, например природной среде, памятникам культуры.

Сам факт начала вооруженного конфликта в случае неправомерного применения силы одной из сторон может означать нарушение норм международного права, таких как запрещение применения силы в международных отношениях, запрещение агрессии и вооруженной интервенции, обязанности мирного урегулирования разногласий или споров, добросовестного выполнения международных обязательств и т. д. Однако международное гуманитарное право имеет свой предмет, свою сферу регулирования, поэтому вопрос об ответственности субъектов международного права за нарушение его норм имеет известную самостоятельность и будет рассматриваться отдельно.

Выше мы отметили, что в ситуации вооруженного конфликта неизбежно нанесение ущерба. Это не освобождает нас от рассмотрения характера ущерба, причиняемого в условиях вооруженного конфликта. Помимо ущерба, допустимого или предполагаемого в ходе вооруженной борьбы, например лишения жизни или ранения комбатантов, уничтожения или разрушения военных объектов, ситуация вооруженного конфликта может быть осложнена нанесением ущерба, не допускаемого международным гуманитарным правом. Это может быть лишение жизни или причинение ущерба здоровью комбатантов, прекративших сопротивление, убийства или насилие в отношении гражданского населения, нанесение ущерба гражданским объектам и т. д.

С учетом выше отмеченных особенностей международное гуманитарное право устанавливает следующие положения об ответственности государств. Общим основанием ответственности государств по международному праву является совершение ими международного правонарушения. Следовательно, речь идет о том, что в условиях вооруженного конфликта одна из сторон совершает международное правонарушение, т. е. допускает неправомерные действия, в результате которых другой стороне наносится ущерб материального или нематериального характера. Важно отметить наличие причинной связи между нанесенным ущербом и противоправным поведением одной из сторон вооруженного конфликта.

В международно-правовой литературе принято делить международные правонарушения на две группы: международные преступления и международные деликты. Международные преступления — это такие правонарушения, которые затрагивают жизненно важные интересы международного сообщества 1. Это наиболее опасный вид международно-противоправных деяний субъектов международного

права. Международные деликты — это иные международные правонарушения, т. е. те, которые нельзя отнести к международным преступлениям.

Наиболее распространенными международными преступлениями в период вооруженного конфликта можно считать военные преступления и преступления против человеческой личности или преступления против человечности. Согласно ст. 1 Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества от 26 ноября 1968 г. военные преступления определены в Уставе Нюрнбергского международного военного трибунала и подтверждены в резолюциях ГА ООН 3 (I) и 95 (I).

В п. «Ь» ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала к военным преступлениям отнесены: нарушения законов или обычаев войны, в том числе убийства, истязания или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийства или истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, неоправданное военной необходимостью, и другие преступления. В п. «с» ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала установлен перечень преступлений против человечности. К ним относятся: убийства, истребление, порабощение, ссылка и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам с целью осуществления или в связи с любым преступлением, подлежащим юрисдикции трибунала, независимо от того, являлись ли эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет.

К числу преступлений против человечности может быть отнесен и геноцид, под которым понимаются действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую. В ст. 2 Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 г. отмечается, что преступление геноцида может осуществляться в виде убийства членов такой группы, причинения серьезных телесных повреждений или умственного расстройства членам такой группы, предумышленного создания для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение ее; мер, рассчитанных на предотвращение деторождения в среде такой группы; насильственной передачи детей из одной человеческой группы в другую.

Самостоятельным составом обладает преступление наемничества, которое является уродливым порождением эпохи колониализма. В ст. 47 Дополнительного протокола I дается определение наемника и подчеркивается, что оно применяется к международным конфликтам, так как в Дополнительном протоколе II о нем не упоминается. Государства, поощряющие наемничество путем организации, финансирования, снаряжения, обучения и поддержания тем или иным образом, а также позволяющие заниматься такой

деятельностью на своей территории, будут признаны виновными в совершении этого преступления.

Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 г. и Дополнительные протоколы 1977 г. расширили перечень правонарушений, относящихся к категории военных преступлений и преступлений против человечности. В них подтвержден принцип, согласно которому государство несет ответственность за действия должностных лиц. Согласно ст. 51 1-й Женевской конвенции и соответствующих статей других конвенций, договаривающимся сторонам не будет разрешено освобождать себя или какую-либо другую договаривающуюся сторону от ответственности за совершение серьезных нарушений конвенций. В ст. 91 Дополнительного протокола I подчеркивается, что государства несут ответственность за все действия, совершаемые лицами, входящими в состав ее вооруженных сил.

Возникает вопрос: а какие виды правонарушений можно отнести к международным деликтам? Очевидно, к этой категории международных правонарушений относятся все другие нарушения норм международного гуманитарного права, не сопровождающиеся серьезным и грубым нарушением прав человека в условиях вооруженного конфликта.

Известно, что международная ответственность государства наступает в случае нарушения конкретных норм международного права, в результате которых потерпевшее государство несет убытки или ущреб. Возникает закономерный вопрос, можно ли считать достаточным причинение ущерба для постановки вопроса об ответственности государства, если в результате его поведения не были нарушены или не выполнены нормы международного гуманитарного права? Можно согласиться с мнением профессора И. П. Блищенко о том, что нанесение ущерба государству «является при всех обстоятельствах нарушением общепризнанных принципов и норм международного права, и запрещение нанесения ущерба является обычной нормой международного права, кроме специально оговоренных в международных соглашениях случаев в ходе вооруженных конфликтов» 3.

Это позволяет заключить, что нанесение ущерба в результате правомерных с точки зрения права вооруженных конфликтов и международного гуманитарного права действий может служить основанием ответственности виновного государства. Частным проявлением такой деятельности в условиях вооруженного конфликта является отступление от принципа пропорциональности, когда в

результате использования оружия гражданскому населению или: гражданским объектам наносится ущерб, непропорциональный военному эффекту.

Одной из особенностей поведения государств в ситуации вооруженного конфликта является оправдание нанесенного ущерба ссылкой на военную необходимость. Выше нам уже приходилось отмечать неидентичность понятий военной необходимости и крайней необходимости, которая в уголовном праве освобождает от ответственности. В международном гуманитарном праве допускается указание на военную необходимость как освобождающее от ответственности обстоятельство, но только лишь в определенных гуманитарными конвенциями и соглашениями случаях. При этом бремя доказывания непричастности ответчика к нанесенному ущербу ложится на самого ответчика 4.

В случае нарушения норм международного гуманитарного права к государству-деликвевту могут быть применены следующие формы ответственности: моральная, политическая и материальная. Хотя понятие моральной ответственности вызывает обоснованные сомнения, все же отметим, что сатисфакция может применяться в том случае, если нарушения гуманитарных норм имели место как результат эксцессов в поведении военнослужащих. Такие примеры имели место в истории войн.

Политическая форма ответственности государств за нарушение норм международного гуманитарного права может выражаться различными способами. В частности, государство может быть привлечено к политической ответственности в виде ограничения суверенитета. Примером такого ограничения может служить изъятие из судебной юрисдикции этого государства его граждан, виновных в. нарушении норм международного гуманитарного права и совершивших международные преступления. Такие лица могут быть отданы под суд государства, на территории которого совершено международное преступление, или же такие лица могут предстать перед специально созданным международным трибуналом, как это было после окончания второй мировой войны.

Вероятно, за международные преступления к государству-деликвенту могут быть применены международные санкции, в частности, подобные мерам принуждения к тем государствам, которые уклоняются от ответственности. Во всяком случае в ст. 89 Дополнительного протокола I устанавливается, что в случае серьезных нарушений Женевских конвенций и данного протокола договаривающиеся стороны обязуются принимать меры как совместно, так и индивидуально, в сотрудничестве с ООН и в соответствии с ее Уставом. Ст. 86 Дополнительного протокола I обязывает договаривающиеся стороны пресекать серьезные нарушения конвенций или протокола и принимать необходимые меры для пресечения всех других нарушений указанных документов, являющихся результатом непринятия мер, которые должны были быть приняты.

Смотрите так же:  Двухнедельное выходное пособие при увольнении по состоянию здоровья

При рассмотрении вопросов защиты жертв вооруженных конфликтов мы подчеркивали, что международное гуманитарное право запрещает использование против них репрессалий, которые вообще в международном праве ограничены.

Международное гуманитарное право допускает применение материальных форм ответственности, что следует из ст. 91, устанавливающей возможность возмещения причиненных убытков стороной, находящейся в конфликте, которая нарушает положения конвенций или Дополнительного протокола I. Как и в международном праве в целом, эта форма ответственности выступает в виде реституций и репараций. Взимание контрибуций в международном праве запрещается.

Важным средством укрепления института ответственности в международном гуманитарном праве служит предусмотренная в ст. 90 Дополнительного протокола I Международная комиссия по установлению фактов. В ее функции входит расследовать любые факты, которые могут представлять собой серьезное нарушение, как оно определяется конвенциями и данным протоколом, или любое другое серьезное нарушение конвенций или протокола. Комиссия будет содействовать восстановлению уважительного отношения к конвенциям и данному протоколу. Никак нельзя согласиться с утверждением, что признание обязательной юрисдикции комиссии будет противоречить принципам уважения государственного суверенитета, невмешательства во внутренние дела, потому что борьба с международными преступлениями не противоречит указанным принципам, а, наоборот, служит их всемерному упрочению 5.

1 См.: Ушаков Н. А. Основания международной ответственности государств. М., 1983. С. 140. 2 Текст проекта см.: Барчет В., Робех Д. Солдаты на продажу: Наемники сегодня. М., 1979. С. 281—285. 3 Блищенко И. П. Указ. соч. С. 205. 4 См.: Там ж е. С. 204. 5 См.: Арцибасов И. Н., Егоров С. А. Указ. соч. С. 184.

Ответственность государств за нарушение прав человека

Сазонова Кира Львовна

кандидат юридических наук, кандидат политических наук

доцент, кафедра государственно-правовых дисциплин, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

119606, Россия, г. Москва, пр. Вернадского, 84

Sazonova Kira L’vovna

Docent, the department of State Legal Disciplines, Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

119606, Russia, g. Moscow, pr. Vernadskogo, 84

В статье раскрываются основные международно-правовые вопросы, связанные с проблемой ответственности государств за применение силы как института отрасли ответственности в международном праве. Автор акцентирует внимание на отсутствие единства между теоретическими и практическими аспектами применения силы, а также на той роли, которую отрасль ответственности играет в прогрессивном развитии права. В статье также освещаются актуальные вопросы, связанные с изменениями парадигмы современного международного права из-за участившихся в последние годы случаях применения силы в обход положений Устава ООН. Обосновывается тезис о постепенном формировании «параллельных» правовых режимов, которые основываются на верховенстве военно-силовых факторов. Автор акцентирует внимание на проблеме конфликтов в регионе Ближнего Востока, на проблемах, связанных с действующей миротворческой концепцией ООН и необходимости ее реформирования. Автор дает ряд рекомендаций для развития института ответственности государств в международном праве.
Ключевые слова: международное право, сила, ответственность, государства, миротворчество, конфликты

Дата направления в редакцию:

The article describes the main international legal issues associated with the problem of state responsibility for the use of force as an institution of responsibility in the international law. The author focuses on the lack of unity between the theoretical and practical aspects of the use of force, as well as on the role the institution plays in progressive development of law. The article also highlights the current issues related to change of the paradigm of modern international law because of the trend of recent years like the use of force in circumvention of the UN Charter. The author proves the gradual formation of a «parallel» legal regimes, which are based on the rule of military force factors. The author focuses on the problem of conflicts in the Middle East, the problems associated with the current concept of the UN peacekeeping conception and its reformation.The author gives a number of recommendations for the development of the institute of state responsibility in international law.

international law, force, responsibility, state, peace-making, conflicts

Сюжеты, связанные с применением силы, всегда были и остаются наиболее актуальными и обсуждаемыми для субъектов международного права и международных отношений.

С момента принятия Устава Организации Объединенных Наций 1945 г. в международном праве действует принцип неприменения силы. Тем не менее, реалии современных международных отношений таковы, что сила активно применяется и, скорее всего, будет применяться в обозримом будущем. Несмотря на шестидесятисемилетнюю деятельность ООН, институт применения силы остается одним из наиболее неурегулированным и спорным с позиций международного права. Кроме того, наблюдается любопытная закономерность — растет объем международно-правовых актов, ограничивающих применение силы, но при этом с пугающей скоростью растет число случаев применения.

Вторжение войск НАТО в бывшую Югославию, массовые убийства в Руанде, линчевание без суда и следствия ливийским народом своего вождя М. Каддафи, поддержка американскими спецслужбами «цветных» революций на постсоветском пространстве – вот лишь некоторые примеры противоправного поведения государств, которые, безусловно, привлекли внимание международного сообщества в последние десятилетия. Однако можно констатировать, что ответственности за подобные очевидные нарушения международного права государства, их совершившие, не понесли. Причина подобного «безнаказанности» состоит в том, что один из важнейших институтов международного права – институт ответственности государств – по сей день является предметом споров политиков, государственных деятелей и теоретиков международного права. Так, профессор Я. Броунли еще в конце 1970-х гг. отмечал, что даже «терминология, связанная с данным вопросом, находится в хаотическом состоянии – факт, который частично отражает различия во взглядах по существу вопроса» [2] .

Международно-правовые акты второй половины XX в. были призваны минимизировать урон и последствия применения силы. Однако реалии, к сожалению, демонстрируют, что сила продолжает оставаться важнейшим фактором: «сила, и только сила, структурирует человеческое общество – иное дело, что она должна применяться адекватно и пропорционально» [9] . Проблема применения силы сложна сама по себе, несмотря на то, что традиционно «Устав ООН различает законные случаи применения государствами силы в своих международных отношениях (когда применение силы совместимо с целями ООН) и незаконные (когда оно несовместимо с этими целями)» [4] , однако в реальности грань между законным и незаконным применением силы очень тонка.

К примеру, нынешняя ситуация на арабском Востоке наглядно демонстрирует хрупкость сложившегося миропорядка. Не смотря на изначально высокий конфликтный потенциал региона, события последних двух лет, происходящие там, стали настоящим вызовом классическому международному праву. Очевидно, что недопустимо принятие резолюций, подобных ливийской, плохо прописанных и, как следствие, допускающих различного рода злоупотребления. Ситуация в Сирии, ценой огромных дипломатических усилий, в том числе с российской стороны, удерживается на приблизительно одном и том же уровне почти год, однако очевидно, что развязка конфликта неминуемо произойдет. Если бы развитие института ответственности государств за применение силы вышло на новый уровень, прогнозы по ситуации на Ближнем Востоке могли бы быть более оптимистическими, однако из-за позиции ряда западных стран развитие института затормаживается. Еще одной иллюстрацией подобной позиции может служить Женевское коммюнике по Сирии, которое было принято летом 2012 г. путем значительных дипломатических усилий, однако не было оформлено в соответствующую резолюцию Совета Безопасности ООН из-за сопротивления западных стран.

Это отсылает нас к очень тревожной тенденции, связанной с проблемой применения силы, которая заключается в постепенном, однако неуклонном формировании «параллельной» системы международного права, основанного на военных доктринах США и НАТО, которая действует одновременно с действующей системой права, базирующейся на Уставе ООН. Данная проблема тесно взаимосвязана с существованием так называемых «двойных стандартов» в международном праве, однако эта тема связана не только с применением силы, но и проблемами самоопределения, признания и прочими.

В настоящий момент складывается ситуация «замкнутого круга», когда интересы международного мира и безопасности в конкретном регионе напрямую зависят от позиций постоянных членов Совета Безопасности ООН, которые, в свою очередь, не могут прийти к консенсусу. Это в очередной раз ставит вопрос о реформировании СБ ООН, который, похоже, окончательно зашел в тупик.

Развитие международного гуманитарного права, институтов защиты прав и свобод человека, миротворческой деятельности ООН, безусловно, способствовали тому, что применение силы стало процессом, который если и допускается в случаях, запрещенных Уставом ООН, то, по крайней мере, осуждается международным сообществом, однако один из важнейших институтов современного международного права, институте ответственности за применение силы государствами, по-прежнему не имеет полноценной нормативно-правовой базы. Необходимо отметить, что, несмотря на очевидную актуальность, данная тема не разработана в достаточной степени по причине значительной политизированности любых вопросов, связанных с ответственностью. Институт ответственности за применение силы является составной частью института ответственности в международном праве, который также кодифицирован и систематизирован далеко не в полной мере.

Смотрите так же:  Мчс приказ 70 от 16.02.2012

Еще в 1973 г. советский ученый Курис М.П. «Понятие международно-правовой ответственности относится к тем вопросам, которые до сих пор еще не получили достаточной разработки в международном праве» [6] . Можно констатировать, что и сорок лет спустя ситуация не сильно изменилась, именно поэтому принятие Комиссией международного права ООН в 2001 г. проекта статей об ответственности государств профессор И.И. Лукашук назвал «наступлением нового этапа в развитии международного права» [7] .

Важнейшим вопросом ответственности государств является вопрос об основаниях наступления ответственности. Ответственность государств может наступать за совершение международного правонарушения, либо за причинение ущерба в результате определенной международно-правовой деятельности, например, в международном космическом, морском, экологическом праве. Так, например, об ответственности государств упоминается в Договоре о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела 1967 г., Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами 1972 г., Венской конвенции о гражданской ответственности за ядерный ущерб 1964 г., Конвенции по морскому праву 1982 г., однако данные договоры не связаны с непосредственной кодификацией общих норм об ответственности государств. Кроме того,некоторые нормы, относящихся к ответственности, содержит право международных договоров, например прекращение нарушенного договора, признание ничтожным договора, навязанного силой. Однако наиболее актуальным и дискуссионным сегодня является вопрос об ответственности государств за применение силы. В современном международном праве отсутствует единство классификации института ответственности за применение силы. По моему мнению, институт ответственности государств за применение силы можно разделить на две категории, а именно: ответственность государств за применение силы по отношению к другим государствам и ответственность государств за применение силы по отношению к гражданам внутри данного государства. Первая категория ответственности в научной литературе иногда именуется «ответственность государств за международные преступления». Вторая категория ответственности также иногда называется «ответственность за нарушения прав и свобод человека». В любом случае, базовое деление ответственности основано на территориальном принципе – то есть либо преступление, порождающее ответственность, совершается внутри государства, либо государство действует за пределами своей территории. Важнейшими проблемами, связанными с вопросом ответственности государств, являются проблема государственного суверенитета и проблема применения силы в международном праве.

В этом контексте также встает вопрос, который Лавров Сергей Викторович охарактеризовал как « проблему соотношения между коллективными и односторонними действиями». Имеются в виду различия в подходах к санкциям, применяемым для влияния на отдельные государства и имеющие целью убедить их выполнять свои международные обязательства: «Все чаще возникают ситуации, когда СБ ООН, порой путем сложных и длительных переговоров, вырабатывает четко выверенные решения о введении таких санкций, а затем США, Европейский союз и некоторые другие страны объявляют свои дополнительные санкции сверх того, о чем договорились» [3] .

Основной проблемой института ответственности государств является то, что данная отрасль почти не кодифицирована. С 1953 г. Комиссия международного права ООН занимается проблемой кодификации отрасли, единственным нормативным документом которой является принятый в 2001 г. проект статей «Об ответственности государств», который, к сожалению, так и является проектом по состоянию на сегодняшний день, хотя представляет собой плод многолетнего обобщения норм обычного права: «Проект разрабатывался Комиссией свыше четверти века. В этом процессе принимал участие широкий круг правительств, представлявших свои замечания на подготовленные Комиссией статьи, которые тщательно учитывались. Дело было непростым, поскольку позиции правительств существенно расходились. [7]

Обобщая нормы обычного международного права, можно выделить две базовые формы, в которых реализуется ответственность государств: материальная в виде компенсаций, реституций, субституций и репараций), и нематериальная (которую также называют политической и моральной ответственностью) в виде реторсий, репрессалий, сатисфакции, ресторации, приостановление членства или исключение из международной организации, а также применение санкций как «мер военно-политического характера, которые представляют собою своеобразное наказание за совершение международных преступлений» [5] . Именно по причине преобладания обычных норм в данной отрасли права, среди отечественных ученых присутствуют споры относительно самостоятельности данной отрасли современного международного права. Например, профессор И.И. Лукашук считал, что уже вполне можно говорить о сложившейся самостоятельной отрасли – праве международной ответственности [7] , в то время как профессор К.А. Бекяшев полагает, что отрасль международного публичного права находится пока на стадии формирования, так как «Проект статей ответственности государств за международно-противоправные деяния» еще не получил статуса международного договора [1] .

В научном сообществе по-прежнему ведутся дискуссии относительно того, что, собственно, понимается под «применением силы» в современном международном праве? Только ли непосредственно использование вооруженных сил и всего, что попадает под определение агрессии по резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 года [10] , или же, в свете последних событий на Ближнем Востоке, применением силы можно также считать существование и деятельность диктаторских режимов?

Применение государством силы по отношению к гражданам внутри данного государства является одним из самых щекотливых и дискуссионных аспектов современного международного права. С одной стороны, государство как носитель суверенитета вправе самостоятельно устанавливать политический режим, с другой стороны, такие важные документы, касающиеся прав и свобод человека, какВсеобщая декларация прав человека 1948 г., Конвенция по предупреждению и наказанию преступления геноцида 1948 г., Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г., Международный пакт об гражданских и политических правах и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Конвенция о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечности 1968 г., Конвенция о пресечении преступления апартеида и наказании за него 1973 г., Конвенция о правах ребенка 1989 г. и прочие международно-правовые договоры и конвенции были призваны существенно сократить случаи массовых грубых нарушений прав человека, а также ограничить методы реализации авторитарного и тоталитарного режимов. Однако крайне сложно определить, в каких случаях нарушения прав человека возможно внешнее вмешательство со стороны международного сообщества, так как в Уставе ООН принцип невмешательства сформулирован как «невмешательство в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию государства», а понятие дел, относящихся к внутренней компетенции, по-прежнему остается прерогативой суверенного государства.

Сложным и неурегулированным остается вопрос о государстве как субъекте международно-правовой ответственности, так как государство в любом случае действует с помощью своих органов, и любое противоправное действие или бездействие совершается государственными органами или должностными лицами. Из-за неразрывной связи государства, его органов и его должностных лиц можно констатировать несовпадение субъекта правонарушения и субъекта ответственности, что и составляет специфику права международной ответственности государств. Важным и дискуссионным среди юристов-международников также остается вопрос о вине как составляющей международного правонарушения, совершаемого государством. Согласно проекту статей об ответственности государств, Комиссия международного права не включила в проект статей элемент вины государства как необходимый признак правонарушения.

Для преследования лиц, ответственных за геноцид, преступления против человечности и военные преступления геноцид , в 2002 г. учрежден Международный уголовный суд в Гааге. Идея, берущая начало в протоколах Нюрнбернского трибунала, состоит в том, что «преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными существами, и положения международного права могут применяться только путем наказания физических лиц, которые совершают такие преступления» [11] . Однако, во-первых, в компетенцию Международного уголовного суда не включено преступление агрессии, а во-вторых, целый ряд государств не ратифицировал Римский Статут Международного суда, причем среди этих государств такие важнейшие акторы современных международных отношений, как США, Израиль, Иран, Китай, Индия, Российская Федерация. Некоторые государства в качестве обоснования своей позиции приводят довод о том, что сама идея международного уголовного суда ограничивает суверенитет государств. Собственно, из-за этого институт международной ответственности и «буксует» вот уже более полувека. Кроме того, в современном международном праве, как и в любом праве вообще, существует «существенный разрыв между правотворчеством и правореализацией» [8] .

Таким образом, можно констатировать, что возможности применения силы сегодня ограничены лишь количеством и качеством оружия, но, к сожалению, не международным правом. Выведение института ответственности государств за применение силы на качественно новый уровень кодификации требует значительных изменений парадигмы современного международного права и международных отношений, которое должно сопровождаться усилением роли международных организаций, прежде всего Организации Объединенных Наций, повышением взаимодействия специалистов в области международного права из разных стран, выработки новых подходов к проблеме международно-правовой ответственности. Именно развитие и кодификация института ответственности в международном праве, на мой взгляд, позволят хоть как-то ограничивать и контролировать применение силы в современных международных отношениях.